ru en
ВСЕ НА ВЫБОРЫ!
Asaka Bank
O`ZBEKISTON POCHTASI
1 USD = 3189.93  
1 EUR = 3434.89  
1 RUB = 49.72  
ru en
Главная / Персона / «Молчание шара», «Облако вероятности» и Бах!

«Молчание шара», «Облако вероятности» и Бах!

Чувства и состояние души – вечная тема для поэтов и писателей. В этой нише прославились многие, среди них и наш современник Бах Ахмедов. Сегодня, эксклюзивно для читателей Uzbekistan Today он открыл дверь в свою творческую мастерскую. Образ поэта, который рисуется при чтении его произведений, наполнился новыми красками.  

Бах!


Почему вы взяли себе творческий псевдоним «Бах Ахмедов»?

– Мое полное имя Баходир Ахмедов, а отсюда и псевдоним Бах Ахмедов. Почему Бах?

Во-первых, это со школы, там же среди детей у всех есть свои короткие, звучные имена. Меня звали Бах.

Во-вторых, чтобы лучше запоминалось. Имя Бах проще запомнить, чем Баходир, неправда ли? В конце концов, я думаю, что так удобней поклонникам моего творчества.

В-третьих, для себя .  Бах у меня ассоциируется с моим любимым композитором. Я очень часто слушаю его музыку, она меня вдохновляет.

 У вас есть стихотворение «Если б я была мальчишкой». О чем оно?

– Это - шутка. Меня попросили написать стихотворение, которое начиналось бы с этой строчки, я написал. Это потом, уже через несколько лет узнал, что у Эдуарда Успенского есть стихотворение, которое начинается с этой строчки. Но в наших стихотворениях общее – только эта строчка, больше ничего. Это два совершенно разных произведения, разных авторов…

Вы окончили физический факультет Московского государственного университета имени М.В. Ломоносова. А когда стали писать стихи?

– Еще в старших классах. Я очень долго писал для себя, не публиковался и даже не думал  об этом.  Первая публикация появилась только в 1999 году в журнале «Звезда Востока». Вообще, поэзия и сочинение новел для меня –  хобби.

А работаете по специальности?

– Не совсем. Я работаю помощником преподавателя в Ташкентской международной школе, где в основном учатся дети сотрудников дипломатических миссий и зарубежных специалистов, работающих в наших компаниях. В мою задачу входит обслуживание лабораторного оборудования кабинетов физики и биологии, подготовка его к проведению занятий. В нашей школе очень много практических занятий с применением высокотехнологичного учебно-лабораторного оборудования. Его столько, что нужен человек, который бы следил за ним.

 Так, физфак все-таки пригодился?

– Я очень долго не мог определиться с будущей профессией. А на физфак поступил, потому что в школе мне очень нравились точные науки. Более того, после окончания вуза я выиграл грант Королевского общества, в Лондоне занимался наукой. Темой моих исследований были алмазные пленки.

А относительно того, пригодилось или не пригодилось образование, однозначно,  да, пригодилось.

Учеба на физфаке способствовала развитию навыков системного логического мышления. Это очень помогает в творчестве. Знания, полученные в вузе, пригодились и в нынешней работе. Она требует хоть и не глубоких, но знаний в области физики, лабораторного дела и организации опытов.

В конце концов, если бы не было физики, исследований в области алмазных пленок, и поездки в Лондон, я бы может быть, так и не стал победителем международного конкурса «Пушкин в Британии». Ведь о нем я узнал из русскоязычной газеты в Лондоне за год до того, как отправил на конкурс свои работы.

Вам нравится участвовать в конкурсах, фестивалях?

– На сегодняшний день, к этому немного охладел. Наверное, получил достаточно эмоций в свое время. После того, как в октябре 2007 года занял 1-е место на Международном поэтическом конкурсе «Пушкин в Британии»,  вошел в шорт-лист международного конкурса «Литературная весна», принял участие в шестом Ташкентском фестивале поэзии, занял  2-е место на конкурсе «Поверх барьеров», проходившем в рамках фестиваля «Пушкин в Британии», делаю перерыв.  Но это не означает, что я больше никогда не буду участвовать в конкурсах и фестивалях – все еще впереди.

Вы помните, как состоялась ваша первая публикация за рубежом?

– Это было в 2003 году в результате дружеского обмена стихами. Как-то раз моя подруга Неля Рузман предложила попробовать опубликоваться в журнале «Иерусалимские страницы». С этого все и началось.

 Как окружающие относятся к вашему творчеству: в семье, на работе?

– Нормально, знают, что пишу. Относительно того, испытывают ли домочадцы от этого какое-то чувство гордости, – не знаю. Жена относится ко мне как к мужу, дети как к отцу – это главное, так должно быть. Знаю, что жена иногда показывает мои новые работы коллегам по работе, она у меня работает в частном детском садике.

Что касается основной работы. То у нас очень много зарубежных специалистов, не говорящих по–русски.  Они знают, что я пишу, но следят ли они за моим творчеством – скорее нет, в силу языкового барьера. Коллеги из числа соотечественников, читают, комментируют. Были случаи, когда подходили учащиеся и говорили, что читали отдельные стихотворения, задавали вопросы.

Плодотворными считаю семинары при Союзе писателей, на которых мы показываем друг другу свои произведения, разбираем их, совершенствуем. Это способствует профессиональному росту.

 

«Молчание шара» и «Облако вероятности»


В прошлом году в свет вышел ваш второй сборник. Он называется «Облако вероятности». Сколько лет прошло после издания первой книги?

– Пять лет. Должен признаться, что я очень долго собирался к работе над этим сборником. Все как-то руки не доходили и вот наконец-то…

Расскажите, как автор идет к изданию своей книги?

– Это у каждого писателя, каждый раз происходит по-разному.

Я к этому шел в течение десяти лет после первой публикации: постепенно входил в столичные литературные круги, писал, публиковался. Первый сборник вышел в 2010 году. К этому времени я уже был неоднократным участником и победителем престижных международных конкурсов, публиковался не только в «Звезде востока», но и в литературных журналах России, Молдавии, Эстонии, Казахстане, Великобритании, Израиле.

Мои произведения вошли в антологию современной узбекской поэзии Узбекистана «Анор», изданную в Москве. Все это придавало мне уверенности, и я решился на издание первого сборника.  Признаться, многое из того, что вошло в первый сборник, сейчас бы включать не стал. В нем около десяти таких стихотворений, которые сегодня спустя много лет мне кажутся недостаточно зрелыми.

К изданию второго сборника подошел по мере накопления материала, создания новых произведений. Его можно было издать уже в конце 2013 или в 2014 году, но я вот дотянул. При этом многое не вошло, можно было бы издать еще одну книгу,  решил пока подождать, когда еще что-нибудь интересное появится.

 Как вы отбирали произведения для сборника?

– Включал компьютер, открывал файлы, читал и отбирал лучшие, на мой взгляд, стихотворения. Приходилось все перечитывать, своих произведений наизусть  не помню.  Кстати, с возрастом стал более организованным. Раньше было так: одно стихотворение – один файл. Сегодня все упростил, пишу в одном файле, озаглавленным какими-то временными рамками.

Откуда берутся названия к сборникам?

– Название к первому сборнику – «Молчание шара», – появилось несколько парадоксальным образом. Когда книга уже была готова, нужно было решать вопрос с названием, а его к тому времени еще не было. Ничего оригинального на ум не приходило. Тогда предпринял достаточно неожиданный ход. Последним произведением в сборник стихов включил небольшой рассказ – новеллу, которая назвалась «Молчание шара» и по нему дал название всему сборнику. «Молчание шара» – это спор геометрических фигур о том, кто из них самый важный, самый идеальный.

Второму сборнику дал название «Облако вероятности». Это уже по ассоциации с математическими понятиями. На выбор, наверное, повлияла любовь к точным наукам.

 Вы пишите не только стихи…

– Да, у меня есть и прозаические произведения. Но, проза требует больше времени, работы над словом, поэтому чаще я, конечно, пишу в стихотворной форме. Вместе с тем,  стараюсь развиваться в разных направлениях. В прозе у меня не только рассказы и новеллы. Вот, к примеру, недавно попробовал себя в роли драматурга, написал небольшую пьесу про девочку, сдающую экзамен. Кстати, мои первые публикации – не были стихами, это были небольшие рассказы в журнале «Звезда Востока».

Для вас существует понятие плодотворного времени?

– Конечно. Больше всего меня вдохновляет осень, но пишу я не только в это время года. Бывают периоды, когда за неделю получается написать два-три стихотворения, а бывает время затишья.

Как период в вашем творчестве сейчас?

– Стабильный. Пишу по вдохновению.

Тема моего творчества такая, что всегда есть, о чем написать. Ведь я говорю о настроении, о чувствах, при этом в центре внимания не только мое текущее состояние, нередко материал «подбрасывают» окружающие.

В работе над вашими сборниками принимали участие по два редактора…

– Они не заменимы, когда идет работа над серьезным изданием…

Как вы относитесь к их замечаниям? Как вообще относитесь к критике?

– Если это замечание обоснованно и действительно делает текст лучше, понятнее, то я всегда соглашаюсь и вношу коррективы.

Чаще всего, какого характера бывают редакторские правки в ваших текстах?

– Обычно это - конкретные рекомендации: поработать с синонимами, над словом, нередко бывают сокращения. И все это для того, чтобы текст был более выразительным и лёгким для восприятия.

Должно работать имя и…


Если сейчас мы выйдем на улицу и обратимся к прохожим с просьбой назвать кого-нибудь их поэтов-современников, живущих в Узбекистане, вы будете в числе  первых названных?

– Я так не думаю. Будут называть Александра Файнберга, несмотря на то, что его уже несколько лет в живых, обязательно назовут Викторию Осадченко, еще человек пять-шесть и среди них, может быть, будет мое имя.

Во всяком случае, у меня такое мнение сложилось, по тому, насколько широко вы представлены в интернете…

– Между прочим, специально для продвижения в интернете я ничего не делал. Все то, что сегодня там можно встретить из моего творчества – это результат общения.

Отдельные стихотворения я выкладывал для пробы в социальных сетях, чем-то обменивался с друзьями. Так одно за другим, что-то просачивалось на литературные сайты.

Сегодня в сети даже выложен мой первый сборник стихов. Это результат деятельности издательства Национальной библиотеки имени Алишера Навои, в котором издавались оба моих сборника. У меня спросили разрешения, чтобы разместить сборник на Интернет-ресурсах библиотеки, я согласился, вот так и еще раз опубликовался.

 

Сложен ли путь к читателю?

– На начальном этапе все дается не просто, а потом начинает работать имя.

После того, как стал победителем конкурса «Пушкин в Британии», стал публиковаться в стране и за рубежом, на меня стали обращать внимание журналисты. Узнаваемости способствовало и распространение публикаций в интернете. Со временем стали поступать предложения о публикации новых произведений.

Были проволочки и при публикации первого сборника. Попросили, чтобы рукопись завизировали в Союзе писателей. Хотя, в принципе, издателей понять можно, им нужно было мнение специалиста. Такой подход в какой-то мере пошел даже на пользу, придал уверенности в профессионализме.

Вместе с тем, хотелось бы больше ярких масштабных литературных мероприятий, за которыми может наблюдать вся страна. Нужно развивать систему продвижения продукции отечественных издательств. Немаловажна и популяризация чтения среди населения.

 

Сейчас, наверное, уже сформировался круг постоянных читателей?

– Мне сложно говорить об этом, поскольку специальных исследований на эту тему не проводилось. Могу с уверенностью говорить только о 10-15 читателях, с которыми нахожусь в тесном творческом контакте. Эта небольшая аудитория первой видит мои новые произведения, это люди, с которыми я советуюсь.

Редакция Uzbekistan Today благодарит за содействие в проведении съемок Bookcafe.

Фото: Валерия Харитонова

 

 

 

 

 

  • Комментарии отсутствуют

Авторизуйтесь чтобы можно было оставлять комментарии.

Подпишитесь на рассылку Будьте в курсе всех новостей