ru en
Asaka bank
andijanatx.uz
1 USD = 3010.2  
1 EUR = 3379.55  
1 RUB = 47.13  
ru en
Главная / Персона / Джамол Усманов: «Инсталляциями стал заниматься, не...

Джамол Усманов: «Инсталляциями стал заниматься, не подражая Европе»

Джамол Усманов плодотворно работает как в изобразительном (живопись, скульптура), так и в актуальном искусстве (инсталляции, видеоарт). Его работы декоративны, лиричны, с философским оттенком, отличаются особым почерком. Не чужды ему и реалистические мотивы. Он всегда жданный и званный гость на самых крупных форумах искусствах. Однако он до сих пор не ответил на приглашение об участие в VIII Ташкентской биеннале, которая должна состоятся осенью. Причиной он поделился в эксклюзивном интервью корреспонденту Uzbekistan Today.

В подвешенном состоянии

– Вы готовитесь к участию в VIII Ташкентской биеннале?

– Приглашение получил. Но мое участие в ней остается под вопросом. Мои инсталляции трудоемкие и объемные. Чтобы создать произведение – нужно вкладываться, значит необходимы достаточно большие средства. Мог бы приобрести материалы на личные сбережения, но, к сожалению, инсталляции пока не покупают. После биеннале мое творение найдет пристанище где-то в мастерской и на этом ее судьба будет решена. Пока себе такого удовольствия я позволить не могу. Правда, в администрации биеннале обещали помочь найти спонсора. Жду решения, в мае все прояснится, поскольку истекают сроки формирования экспозиции инсталляций.

– С какой работой вы хотели бы участвовать в этом форуме?

– Есть несколько вариантов, какой будет представлен – пока не знаю. Это нужно еще согласовать с куратором биеннале. Выбор зависит от параметра спонсорской помощи. Вообще я суеверный человек, поэтому о задумках не рассказываю журналистам. Все увидите в выставочном зале.

– Ну а сами, вы хотите участвовать?

– Я много раз участвовал в различных биеннале. В частности, на первой ташкентской удостоен гран-при. Но в этом году приглашение к участию в биеннале совпало с моими планами начать новый творческий проект, а откладывать реализацию своих задумок не хочется. Поэтому сильного стремления участвовать в этом мероприятии нет.

– Участие в какой биеннале запомнилось больше всего и почему?

– За свою творческую карьеру я четыре раза участвовал в зарубежных биеннале. Из них II московская запомнилась больше всего. Я участвовал в ней лично, был рядом со своей инсталляцией, которую создал после увиденного по телевизору сюжета о том, что из-за некачественного лекарства умерли несколько десятков людей. Но запомнил ее, познакомившись с работами коллег. Меня до глубины души поразили работы двух художников. У хорватского понравился видеоарт. Представьте: комната, два телевизора экранами друг к другу, на одном – маленькая хорватская девочка, иммигрировавшая в США, стоя на стуле поет хорватскую народную песню. На другом экране – старушки, которые сидят в Хорватии и девочку. Передать ощущения от увиденного сложно, это нужно увидеть. А у японского художника была работа на тему мира. Его картина габаритами 2 на 1,5 м была так устроена, что с изменением расстояния, на котором ты находишься от нее, меняется изображение. Меня очень заинтересовала техника, в которой она выполнена и сюжет.

Дважды участвовал в Венецианской биеннале, но не присутствовал на них. В 2003 году там родилась традиция организовать Центральноазиатский павильона. В первых двух – принимал

участия и я. Мои работы – инсталляции демонстрировались при помощи видео. Я сделал их в Ташкенте, потом их засняли на видео и отправили дна биеннале.

А в китайской биеннале были выставлены мои живописные работы.

– Обидно, что не удалось побывать на выставках?

– Это нормальное явление, когда выставляются работы без художника. Многие мои коллеги, чтобы принимать участие в таких мероприятиях, специально создают работы, которые можно отправить без больших затрат – полотна, видеоарты.

Но как художнику, конечно, хотелось принять участие в них. Важны впечатление, вдохновение и знакомство с коллегами по цеху.

–На ваш взгляд, нужны ли биеннале?

– Да. Потому что это пространство, где художник может воплотить свои самые смелые, самые дерзкие задумки. Это территория, где нет границ и шаблонов, догм и художник свободен в выборе средств изображения действительности такой как он ее воспринимает. Это экспериментальная площадка, на которой рождаются новые направления в искусстве.

Так было надо, так требовала душа

– А каков ваш творческий почерк? Охарактеризуете его.

– Мне скучно работать в одной манере. Но не терплю в творчестве революций, иду эволюционным путем.

– В творчестве любого художника есть переломные моменты. Наверное, и у Вас они были?

– Это произошло, когда я создавал образ птицы Семург по произведению Алишера Навои «Языком птиц». До этого никогда не делал инсталляций. Тогда понял, что для создания образа легендарной птицы двухмерного пространства крайне недостаточно. Так появилась первая инсталляция, и мне очень понравился процесс ее изготовления, а в целом вид искусства, поскольку он дал возможность выразить свои мысли.

Мои инсталляции – не подражание европейской культуре, европейской школе. Это происходит изнутри.

К сожалению, сейчас от этой инсталляции осталась только птица. Остальную часть у меня просто украли, из мастерской, очевидно, соблазнили хромированные зеркала, которые были в композиции. Сохранилась только птица.

Второй моей инсталляцией была композиция «Слепцы и слон» – она тоже сделана по этой же поэме Алишера Навои. За нее я получил гран-при на Ташкентской биеннале, затем он побывала и на Венецианской.

– Есть среди работ самая запомнившаяся?

– Это был большой проект «Катарсис души», который создавали совместно Рихситиллой Акраморвым и Шавкатом Хакимовым по случаю миллениума. Там была задействована и скульптура, и живопись. Создавать ее помогла куратор биеннале и искусствовед Нигора Ахмедова.

– Сегодня вы больше живописец или художник, который создает инсталляции?

– Активно работаю и в том, и в другом направлениях. Все зависит от проекта. Стараюсь использовать тот прием, который поможет выразить мысль в наиболее полном объеме. К примеру, год назад работал в Париже в резиденции Сите дез Арт, где писал картины. Вернувшись в Ташкент работал над большой инсталляцией, которая сегодня украшает терминал Ташкентского аэропорта для вип-гостей. Она символизирует аэропорт, только вместо самолетов там одна за одной взлетающие птицы.

– В столице в рамках конкурса «Нарисуй мне песню», посвященную 80-летию со дня рождения Батыра Закирова проходит выставка картин, представленных на конкурс. Среди них и два ваших полотна – саксофонист и гитарист. Из прежних наших встреч, знаю, что вы их написали в прошлом году в Париже. Вас вдохновило творчество Батыра Закирова?

– Нет на те картины меня вдохновила сама поездка во Францию. А на выставку они попали благодаря Равшану Закирову, директору Фонда имени Батыра Закирова. Он пригласил меня принять участие в конкурсе. Однако, я тогда работал над инсталляцией для аэропорта. Чтобы не обидеть организаторов, я предложил две готовые картины. Организаторы использовали их для оформления сцены, на которой выступал джазовый оркестр имени Батыра Закирова. Насколько мне известно, эти работы не участвуют в конкурсном отборе.

И самый строгий критик

– Поделитесь с читателями планами на будущее?

– Все-таки начну подготовку к бьеннале, а по завершению ее приступлю к проекту, реализацию которого из-за участия в биеналле придется отложить. Вообще у меня сейчас «подвешенное» состояние души. Вроде бы есть чем заниматься, но не могу приступить, потому что решение об участии в другом проекте еще не принято. Словом, еще предстоит определиться.

– Часто у вас бывает такое состояние?

– Это нормально для художника. Творческий процесс на уровне сознания не прекращается никогда, он постоянный. Очень часто приходится ради одного проекта жертвовать другим. А когда заканчиваешь большую работу, когда не выходил из мастерской по 16-18 часов в сутки, нужно время для восстановления, тогда как в этот период чувствуешь себя опустошенным. У меня этот процесс длится долго и мучительно.

– И как вам удается преодолеть этот сложный период?

– Занимаю все свободное время работой над каким-нибудь проектом. В частности, сейчас для меня была работа над инсталляцией в аэропорту. В мае начну работу над инсталляцией для биеналле.

– А как относится Ваша семья к тому, что вы много времени проводите на работе?

– Супруга, мой самый строгий критик, относится с пониманием. Дети, растут в искусстве, поэтому недопониманий не происходит. Они приходят в мастерскую, но когда я работаю, стараются не беспокоить.

– Любите получать советы в процессе работы над очередной картиной или инсталляцией?

– Как и большинство художников не люблю показывать кухню. Да и в принципе, что показывать, если работа не готова? Резолюция всегда будет одна – работа не завершена. Ну а когда все готова, то стараюсь получить оценку не только супруги, но и как можно большего числа людей. Критические замечания способствуют зарождению новых интересных проектов и инициатив.

  • Комментарии отсутствуют

Авторизуйтесь чтобы можно было оставлять комментарии.

Подпишитесь на рассылку Будьте в курсе всех новостей